Флоридский модернизм в стиле Гая Петерсона
Архитектор Гай Петерсон спроектировал большой двухэтажный дом рядом с Revere Quality House, спроектированным в 1948 году Полом Рудольфом и Ральфом Твитчеллом и расположенным на берегу Сиеста Ки, Флорида
Дизайн новой пристройки схож по структуре с Revere Quality House, одновременно он заставляет первоначальный домик казаться маленьким
Чертеж местности Revere Quality House с пристройкой в горизонтальной проекции
Пространство, отделанное древесиной ипе, выразительно подчеркивает белый экстерьер пристройки Revere Quality House
Перспективное изображение Revere Quality House с воздуха
Чертеж Revere Quality House в горизонтальной проекции
Изначально Revere Quality House – одноэтажный дом с широкими окнами-витринами, теперь используется в качестве домика для гостей
Жилые помещения пристройки, спроектированной Гаем Петерсоном, находятся на втором этаже над просторным открытым первым этажом
Перспективный рисунок и вид спереди Revere Quality House
Низкая стена, тянущаяся вдоль первоначального Revere Quality House, теперь является границей внутреннего двора, который соединяет два здания
Сочетаясь в дизайне с первоначальным домиком, пристройка помогает выделить частную зону патио и бассейн
Автор: Саксон Генри
Гай Петерсон, член Американского института архитекторов, привлекает школу архитекторов в Сарасоте и другие авторитетные учреждения для воплощения в жизнь модернизма во всем его многообразии во Флориде. О философии его дизайна и стиле работы с Гаем Петерсоном беседовала Саксон Генри (прим. ред.)
Саксон Генри: Почему, как Вы думаете, такие архитекторы как Мис и Ле Корбюзье, работы которых изучаются в Гарварде во времена Рудольфа, оказали такое огромное влияние на Вашу дизайнерскую философию?
Гай Петерсон: Мне кажется, в их подходах и в отношении к архитектуре в целом присутствует некая уникальная красота. Каждый из них по-своему оказал на меня влияние, я бы даже сказал, что моя работа представляет собой синтез их идей в большей степени, чем просто воплощение какой-либо одной идеи в отдельности. Они, конечно, были гигантами архитектурного дела, но они были не единственными. Возьмем, к примеру, Райта: не думаю, что найдется архитектор среди тех, кто творит в настоящее время, на кого не оказали бы влияние идеи Франка Ллойда Райта в вопросах масштабов, пропорций, геометрии и движения в пространстве.
Геометрия – один из важнейших элементов в моей работе. Я люблю работать без графической сетки и использую ее в качестве разметки лишь в тех случаях, когда это действительно имеет смысл. Другими словами, важно создавать дизайн не принужденно, а легко, но всегда опираться на основные закономерности и логику. Райт в этом очень преуспел.
Еще одна черта, которая, я считаю, очень важна в моей работе и которая очень хорошо отражается в моих текущих проектах, - это минимализм. Около десяти лет назад я стал относиться к минимализму с большей легкостью и искренностью. Я люблю создавать пространство, а затем убирать оттуда вещи, чтобы остаться наедине с формой. Есть архитекторы, такие как, например, Джон Посон из Англии, которым это очень хорошо удается. Я думаю, что в том, что касается архитектуры, он один из гениев минимализма.
Клаудио Сильвестрин и Альберто Кампо Баэза также придерживаются похожих подходов упрощения, это значит, что они просто придают завершенность тому пространству и формам, которые задает свет. Они создают пространства, лишенные декорирования, и детали, выполненные в минималистском стиле, - оформление стыка стен и пола, оформление стеклянного потолка, создающего ощущение того, что он как будто бы разрезает пространство, паря в нем. Пространства, созданные подобным образом, выглядят так, как будто не было затрачено никаких усилий для их создания, но на самом деле все гораздо сложнее.
СГ: Почему?
ГП: Чем меньше структурных слоев, тем сложнее архитектору проектировать, так как открытого пространства много, а закрытых мест мало. Детализация очень важна в нашей работе, но дело не только в пространстве и форме, которые мы создаем. В конце концов дело в том, что нужно просто находиться в создаваемом пространстве, соприкасаться с ним, смотреть на него. В тоже время хороший дизайн – это как попасть в булавочную головку, хорошенько прицелившись: он работает, только если сделать всё без исключения идеально.
СГ: Вы бы скорее сказали, что Ваш творческий процесс медленно кипит на малом огне, или обычно у Вас бывают вспышки озарения в процессе работы над проектом?
ГП: Да, бывают моменты озарения, но обычно я жду, пока идеи медленно поварятся некоторое время у меня в голове, хотя я не всегда осознаю, что в какой-то момент я думаю над проектом. Я каждый день плаваю по 45 минут, и иногда во время плавания ко мне приходят идеи. Скорее всего, это происходит потому, что меня никто не отвлекает, никто со мной не говорит, телефон не звонит, и все, что я слышу, это журчание воды. Я думаю, что это еще и потому, что в воде я могу расслабиться сам и расслабить свой мозг.
Если я работаю над чем-то и пытаюсь выработать идею, происходит своего рода бессознательная подготовка перед тем, как решение само приходит ко мне. И уже собрав всю информацию о проекте, я пускаю ее в рабочую мясорубку. Я учитываю пожелания владельца - например, знать то, что им не нравится, для меня важнее, чем знать то, что им нравится; местность и окружение, в котором стоится здание; и если, например, здание на воде, тогда я стараюсь учитывать множество соответствующих санитарных и других требований.
Начиная проект, я не смотрю на него, как просто на постройку здания. Я начинаю с подъезда к самому месту. Первое, о чем я себя обычно спрашиваю, - это как я смогу подъехать или подойти к выбранному месту. Каким образом будут входить в здание люди? Моя дизайнерская работа начинается, прежде всего, с того, что нужно узнать, с какой стороны лучше подойти к месту.
Уже после того, как я пойму местность и выберу наилучшее место для подъезда и входа в дом, я начинаю работать с планом местности, чтобы понять, как дом будет взаимодействовать с местностью и окружением. Может быть, в уме я уже и делаю наброски, но всё же концентрируюсь я в основном на физических аспектах местности.
СГ: А наброски Вы рисуете от руки или с помощью компьютерных программ?
ГП: Все, что я проектирую, я проектирую только с помощью кальки и карандаша. Я не делаю набросков проекта, чтобы потом смоделировать дом и посмотреть, как он выглядит.
Саксон Генри пишет статьи для ряда национальных изданий, среди которых The New York Times, The Wall Street Journal, Interior Design, Traditional Home, Modernism Magazine, Better Homes & Gardens, и Coastal Living. Она часто пишет для колонки Дом и Дизайн журнала The Miami Herald, и является содействующим редактором журналов Modern Luxury's MIAMI и Manhattan. Генри является соавтором книги «Большой дом - большое испытание: дизайнерские решения для больших пространств», а также выпускает элекстронный журнал Design Commotion.